Картины дружеских связей

гимн современной искренности в стиле оттепельного кино
Фильм напоминает клубок, который начинается с разных ниточек и сворачивается в одну туго набитую историю, один прощальный, ностальгический вечер. Буквально забытый сон, в котором так не хочется просыпаться от звука будильника.

•о чем? •

Одни сутки из жизни старых друзей-однокурсников театрального, которые собираются вместе, чтобы проводить уезжающего друга.

Это не трагедия… но открывающая сцена прощания с умирающим животным, которого унесут в пакете из алкомагазина, играет на нервах сюрреалистической хтонью.

Это не комедия… но улыбаться хочется часто, ведь юмор рождается в обыденных мелочах и живых диалогах.

Здесь нет особой драмы, антагониста и протагониста, проживания экзистенциального кризиса (хотя он маячит где-то на горизонте). Просто один день из жизни разных/близких людей, которые будто останавливают время на одну ночь, позволяя приобщиться к их стае. Заснуть рядом вчетвером на кровати, послушать полуночные разговоры на кухне, танцевать под Ани Лорак и «твёркать», спуститься из окна за потерянными ключами…

Такое современное и такое оттепельное кино, когда невольно вспоминаешь квартирные встречи в «Июльском дожде» М. Хуциева. Одновременно с этим, даже не причисляя себя к творческой кино/театральной богеме, все равно узнаешь эти выпускные вписки на квартире, которые вызывают острое чувство ностальгии по беззаботным, свободным годам жизнь. Узнаваемая тоска тридцатилетних, в постоянном поиске себя, работы, места в мире, без якоря в виде семейной жизни и детей, лишь с отягощающим рюкзаком воспоминаний.

Хочется спросить - что это, наша новая искренность в кино? Когда ты следуешь по улицам города, узнавая незамазанные вывески и названия такси, перезаписываешь в десятый раз голосовые сообщения, иронизируешь над повальным увлечением сказочной киноутопией*, провожаешь друзей без обратного билета, замалчиваешь откровенность говорящими взглядами. И, конечно, возвращаешься к черно-белому формату.

~ Худшее в этом фильме - лишь пикающая тебе в мозг цензура.

Картина, которая не выжимает слезы, но ты все равно плачешь в конце, и выходишь из кинозала с такой светлой, чистой грустью и легкостью на сердце. Удивительно забытое чувство для нынешнего кинематографа - порой перегруженного, слишком люминесцентного, сказочно незначительного.

9 из 10

*опережая время и вангуя - Андреасян уже собирается экранизировать сказку, кастинг на которую проходила героиня Таня

Ещё одно живое кино, дающее оптимизм (не без грусти)
Если вкратце, кино крутое, и для дебюта точно интересное и смелое высказывание. Да, в первую очередь это кино от актёров для актёров/работников индустрии, которые узнают все внутренние шутки и контексты. Но мне кажется, сделай героев выпускниками не ГИТИСа, а другой сферы, у них были бы те же проблемы — просто говорили бы они о них немного другим языком.

И это главное: при таких 'профессиональных' вводных многие шутки и вещи мне, как человеку точно далёкому от индустрии, были вполне понятны, а где-то даже прочувствованы. Тут и тема цензуры и творца, и бесконечных «сказок» (которые стали новой формой реальности), и стерильности в нынешнем кино. По началу и вовсе кажется, что «Картина дружеских связей» — сборный капустник, трудно уживающийся вместе. Но когда появляется Александр Паль, всё начинает собираться в единый пазл.

Фильм сложно не сравнивать с «оттепельным» кино или с творчеством Марлена Хуциева, в частности, с «Мне двадцать лет» («Застава Ильича»). Та же интонация: долгие разговоры, острота момента, поиск себя между юностью и ответственностью. При этом есть какая-то камерная легкость «Милой Фрэнсис» Греты Гервиг и Ноа Баумбака.

И несмотря на разрозненные обстоятельства у каждого из персонажей, именно групповые сцены будто становятся концентрацией их общего настроения. Когда однокурсники провожают Сашу, они много смеются, выпивают, поют песни под гитару, почти не говоря про причины отъезда. Да и сам Саша не знает ответа на вопрос 'Когда ещё увидимся ?'. Герои постоянно шутят и подкалывают друг друга, но в минуты редко повисающей тишины вдруг проступают их настоящие эмоции.

И так весь фильм: за улыбками и шутками на первый план редко, но неумолимо выходит грусть. Засилье «сказок» в культуре, избавление от неудобных тем, авторское видение как роскошь и, конечно, разрыв связей и прощание с близкими, с которыми неизвестно, когда встретишься. У персонажей нет уверенного будущего, настоящее — неустойчиво, и остается во многом цепляться за радостное, счастливое (и цветное среди всего ч/б) прошлое, которое одновременно и греет, и не отпускает.

Герои уже вроде взрослые, у них есть возраст, опыт, претензии, но они ещё не встали на место своих родителей. Кажется, кино ещё и об этом, о преодолении этой грани. Не зря их мастер (Евгений Цыганов) помогает им «выйти» из этой квартиры в центре Москвы, где они будто возвращаются во времена учебы, где проблемы решаемые, а связи нерушимые.

Александр Паль — настоящий центр компании, Мария Карпова потрясающая, да и в целом все актёры ощущаются максимально на своём месте. Не зря у многих имена совпадают с персонажами. Кино пытается вселить оптимизм в окружающих, говоря о простых, но важных темах, через которые не хотелось бы, но приходится проходить каждому, кто вступает во «взрослость» с багажом старых надежд.

Второе просмотренное авторское российское кино с начала года, второй полнометражный дебют (после «Здесь был Юра»). И второй раз я выхожу с кучей мыслей и бесконечно рад, что такое кино существует: живое и говорящее на языке сегодняшнего дня

7,5 из 10

Невыносимая легкость пития
Повышенное внимание и шумиха как будто вредит «Картинам дружеских связей». По отношению к этому фильму лучше не иметь завышенных ожиданий. Не ждать шедевра, «портрета поколения» и не обращать внимание на другие цитаты из трейлера.

Прежде всего, но это, безусловно, не главное, «Картины дружеских связей» — по-настоящему смешное кино. Да, кинематографистам и т.н. служителям театра тут значительно больше поводов для смеха (и, честно говоря, лишись кино пары шуток про монтаж, продюсеров и режиссеров, — быть может, оно бы и выиграло, уж про монтаж — наверняка), но самые удачные комедийные (или иронические) сцены работают и на неподготовленных зрителей — тех, кто когда-либо записывал или слушал аудиосообщения, собирал чемодан после лютой попойки, терял ключи и т.д.

И все же прелесть режиссерского дебюта Сони Райзман не в юморе. Это кино не сюжета, но настроения, не шуток, но грусти. Да, забавно, как герои решают проблему выхода из квартиры. Но самая сильная (и единственная?) сюжетная линия фильма — как героиня теряет не ключи, а любимого, а друзья — друга. Впроброс, без педали, без нажима, между делом, на фоне суеты и поверх похмелья. Вот был человек. И уезжает. Быть может — навсегда. И вроде ничего — остались же другие «дружеские связи», а отчего же так свербит на душе?

В отношении элегии Сони Райзман так и хочется вспомнить всуе Хуциева (как упоминали его, например, во ВГИКе на дипломной защите короткого метра Антона Коломееца «Тоня плачет на мосту влюбленных», снятого «в прошлой жизни», в далеком и переломном 2014 году, или как на все том же «Маяке» вспоминали Марлена Мартыновича в позапрошлом году в связи с выходом фильма самого успешного его ученика — Бакура Бакурадзе: «Снег в моем дворе») — тут и ч/б, и молодые герои, и, опять же, «поколение». Но все же «Картины дружеских связей» больше наследуют не советскому, а американскому независимому кино, малобюджетным фильмам из «Сандэнса», где тоже, говорят, заснежено. Не Грета Гервиг, но Соня Райзман. Не Ноа Баумбак, но Руслан Братов. Не Александр Пэйн, но Александр Паль. Он улетел, но обещал вернуться.

Хочется, чтобы в российском кино было как можно больше вот таких «сандэновских» «зарисовок» — быть может не самых эффектных с точки зрения киноязыка, но искренних, легких и свободных. «Картины дружеских связей» идут сто минут — тот редкий случай, когда хотелось бы больше, а не меньше.