Лабиринт

Занятная попытка сформировать многослойный лабиринт, в котором потерялись все
Это аниме — настолько дикий жанровый эксперимент, что, по-моему, вне контекста творчества режиссёра может показаться нелепым концептуальным нагромождением, вышедшим из-под пера нейросети, которое при буквальном просмотре кажется какой-то занудной лекцией из дома престарелых поколению «ТикТок» о том, куда (не опять, а снова) докатилась молодежь. Но автор этого казуса — один из самых влиятельных и новаторских творцов в истории аниме, чьи идеи сформировали целые жанры. А подобный синтез несовместимого, как неотъемлемая часть его экспериментов, прогревал мозги случайных зрителей задолго до появления нейросетей.

В качестве экспресс-погружения попробую кратко сформулировать известные мне ключевые вехи его карьеры:

Широкую известность Сёдзи Кавамори принёс 1982 год — выход сериала «Гиперпространственная крепость Макросс» (в адаптированной для США и значительно более известной у нас версии «Роботех», 1985 года). Именно тогда он впервые сформулировал дизайн реалистичного истребителя-трансформера с тремя режимами (истребитель, промежуточная шагающая платформа и полноценный антропоморфный робот), опирающийся на инженерную логику. Этот подход стал золотым стандартом для всех последующих меха-дизайнеров, задав вектор развития жанра «реальных роботов» на десятилетия вперёд.

Однако его вклад не ограничился технической революцией. Полнометражный сиквел «Макросс: Помнишь ли нашу любовь?» (1984) вошёл в историю как смелый гибрид военной драмы и мелодрамы, где главным оружием человечества против пришельцев оказалась музыка.

В 1996 году в сериале «Видение Эскафлона» Кавамори переосмыслил жанр исэкай (приключения попаданцев), добавив проработанную механику рыцаря-робота и глубокую психологию. Однако главным новаторством стало то, что он органично соединил элементы двух традиционно разделяемых аудиторий: сёнэна (динамичные бои, приключения) и сёдзё (романтическая линия, визуальная эстетика, акцент на чувствах). Этот эксперимент во многом предвосхитил современные тенденции к жанровому синтезу, а гибрид фэнтези с технологией, можно сказать, прямо вырастает из этого подхода.

Далее, в 2005 году, в сериале «Акварион», Кавамори вновь предпринял попытку модифицировать механику пилотирования сборного меха. Если ранее во многих классических суперроботах управление объединённым меха часто сосредотачивалось в руках одного пилота (обычно в головном модуле), то тут мощь робота стала зависеть от чувственного единства всего экипажа, в который к тому же входили пилоты обоих полов. Улавливаете, куда дует ветер? Состояние, скажем так, «полного взаимопроникновения» обрело новую глубину, и чем глубже оказывалось единство, тем смертоноснее — и абсурднее — становились атаки робота. Такая механика, мягко говоря, вызвала противоречивый приём, но она снова раздвинула границы меха-жанра и оставила след в его эволюции.

Разумеется, подобный ликбез сам по себе не делает аниме более дружелюбным для восприятия, но позволяет заподозрить подвох за незатейливой аннотацией «Угодившая в виртуальную ловушку школьница против своего наглого альтер эго», и единственное, что можно сказать «объективно» после просмотра - Сёдзи Кавамори не ударил в грязь лицом и в очередной раз смог удивить, а вот с тем, приятно или нет, так и не удалось определиться.

Как мне показалось, главный режиссерский эксперимент был проделан на уровне структуры, в основе которой лежит кажущийся невозможным синтез того, что можно назвать архижанрами аниме: «сёдзё» (рассчитан девушек-подростков от 12 до 18 лет) и «сёнэн» (рассчитан мальчиков-подростков от 12 до 18 лет).

Базовая проблема подобного совмещения кроется в том, что в основе этих историй лежат разнонаправленные векторы развития. Сёнэн — это громкие истории о преодолении внешних препятствий через силу, волю и дружбу. Сёдзё — это, наоборот, тихие истории о преодолении внутренних конфликтов через отношения, эмоции и самоопределение.

Тут буквально 2 в 1. Если попытаться пересказать сюжет, то это классический путь героини сёдзё, которая на старте мечтает 100 млн лайков в соцсети, но проходя через приключение взрослеет и осознаёт, что по-настоящему важно. А вот как именно она проходит этот путь — это буквально набор клише сёнэн. Тут и изнанка реальности, и попытка объяснить иррациональный мир псевдонаучной терминологией, и элементы чистого экшена (вплоть до эпической битвы гигантских роботов), и даже пара кровавых эпизодов, кажущихся совершенно неуместными (из-за которых, видимо, аниме поймало в РФ возрастной рейтинг 18+).

Причем подобный диссонанс присутствует и на уровне трансляции смыслов. С одной стороны, во всех ключевых точках мысли проговариваются настолько прямо, что, кажется, аниме затачивалось под «просмотр спиной», но с другой визуальный язык настолько объёмный и витиеватый, что даже носитель японской культуры может в нём заплутать, а для случайного зрителя это и вовсе дремучий лес.

Как пример – на вербальном уровне прямо заявляется псевдонаучное обоснование механики путешествия героини, но при этом на экране постоянно мелькают знаменитые японские красные ворота (тории), которые традиционно символизируют границу между миром людей и духов. Понимание этого нюанса размывает границы лабиринта до неузнаваемости, где непонятно (да и неважно), где именно происходит действие – целиком внутри сознания героини, в какой-то странной версии матрицы или это путешествие в мир духов.

В результате сюжетная конструкция оказывается в своего рода суперпозиции, где за какой аспект не потяни, всё оказывается понятно и непонятно одновременно. Возможно, в этом и заключался главный режиссёрский эксперимент. Кавамори не просто попытался смешать несовместимое, а он создал нарративный лабиринт, где зритель из-за информационной перегрузки оказывается в той же растерянности, что и героиня, котора мечется между соцсетями, школой, внутренними страхами и внешними ожиданиями.

Но, как и в случае любой подобной мета-конструкции, никогда невозможно точно сказать - это действительно гениальный, пусть и не до конца реализованный авторский замысел, или приступ поиска глубинного смысла.

Смотреть это лично мне было откровенно сложно, так как все попытки нырнуть глубже в символизм постоянно пресекались буквальными объяснениями, ну а попытки смотреть буквально — подсознанием, не принимавшим простые формулировки.

Резюмируя: это аниме определенно является очередным творческим экспериментом Сёдзи Кавамори, но с чем именно — так и не понял. Судя по всему, имела место попытка в параллельные уровни повествования, где одна и та же история одновременно рассказывается просто и сложно, что в теории должно было вызвать эффект ментальной перегрузки. Либо, возможно, всё проще и базовый концепт состоял в переносе классического пути героини из сёдзё в русло клише и структурных приёмов сёнэна. А возможно нечто иное, что может разглядеть только знаток творчества режиссера. Но в любом случае это аниме определённо ломает устоявшийся шаблон истории подросткового взросления и поиска себя. Как развлекательное кино, оно, скорее, не работает — слишком уж просто и сложно одновременно. Но как экспериментальная попытка сломать жанровую матрицу — оно определённо заслуживает внимания.

6 из 10