Не говори «удачи»

К чёрту
Несомненно, Санни Сэндлер дочь своего отца и, возможно, без Happy Madison этого фильма могло и не случиться, но во время просмотра «Не желай удачи» не возникало чувства, что девчонку тащат и она с этим не справляется. Обаяние у Санни есть, и она умеет им пользоваться, но все же мне хочется больше похвалить режиссера Джулию Харт, которая сумела рассказать о неизбежном прощании с родным человеком больше с грустью, способной воскресить самые светлые воспоминания и вдохновить на продолжение жить, чем с непримиримой злостью, которая все только разрушает.

Чем-то «Не желай удачи» перекликается с режиссерским дебютом Джулии Харт «Мисс Стивенс». Школьная среда, театральные постановки, рассказ Лили Рэйб о том, кто разбил ей сердце. И зритель вместе с героем Тимоти Шаламе ожидает услышать любовную историю, потому что неуловимая атмосфера легкого флирта между двумя невозможностями этим догадкам способствует, но мисс Стивенс рассказывает историю о своей матери и, кажется, что в этой утрате, а также в мелких деталях, что мать была актрисой, которую героиня Рэйб уже теряла во время ее сценических перевоплощений, настолько они были убедительными, проскальзывает что-то личное, то, что Джулия Харт переживает снова, но немного в другой форме, в «Не желай удачи».

У старшеклассницы Софи Биренбаум есть повод переживать. Она пробуется на главную роль в школьном мюзикле «Официантка», но будет рада и тому, если достанется роль второго плана, потому что все образы хороши, а магия самодеятельности не способна кого-то оставить равнодушным. Но по роковому стечению обстоятельств перед самым выходом на сцену она становится случайной свидетельницей разговора родителей (поднимите руку те, кто стоял по ту или другую сторону от невыключенного телефона), и эта незапланированная откровенность (к черту рак!) наполняет ее игру эмоциональной достоверностью. Софи покоряет одноклассников и преподавателя, но так ли это важно сейчас, когда она знает, что ее мама тяжело больна?..

Не ошибусь, если скажу, что фильмов о незапланированном, растянутом во времени, прощании с любимыми существует множество, как и то, что в большинстве своем это эмоционально выматывающие тягучие одноходовки. У Джулии Харт получилось снять что-то противоположное, безусловно грустное, но и светлое одновременно.

Думаю, в первую очередь благодаря фиксации на героине Санни Сэндлер и атмосфере творчества, а не на больничных койках. Во-вторых, благодаря использованию метафор. И в-третьих, благодаря мысли, что жизнь продолжается, как бы жестоко и эгоистично это не звучало, потому что это естественно испытывать злость и чувство несправедливости, почему именно ты и почему всё вокруг остается и искрит, когда тебя накрывает темнота и неизвестность, но в то же время умножается ценность момента – героиня Мелани Лински не противостоит неизбежному, но и покорным смирением ее поведение не назовешь. Изо всех сил она продолжает быть зеркалом, отражающим свет ее маленькой семейной жизни. Она не поглощает, а возвращает его своей дочери. Потому что знает, что именно ей тяжелее всего осмыслить утрату в силу ее возраста, когда мечты рождаются одна за другой, а их все разом поглощает кусачая реальность. Кто злится в «Не желай удачи», так это героиня Санни Сэндлер. Потому что знает, что будет впереди. Зрителю дается лишь небольшой намек, но и его достаточно, чтобы дорисовать будущее Софи Биренбаум, и я не знаю, авторский это стиль или находка Джулии Харт именно для этого фильма – повторение одной и той же сцены, когда героини будят близнецов, младших братьев Софи, когда дочь точь-в-точь повторяет обязанности и действия матери. В этом мимолетном эпизоде рисуется будущая горечь потери, то самое разбитое сердце из доверительного рассказа мисс Стивенс. Посыпает ли эту горечь сладостью Джулия Харт? Скорее, примирением. Не случайно в качестве мюзикла режиссер выбирает «Официантку», в котором главная героиня собирается стать матерью, как и то, что эту роль исполняет подросток Софи с накладным животом. Незапланированно ей придется заменить мать своим младшим братьям, и то, что в заключении Софи устраивает представление только для одной Элизабет – это не просто подарок, это символическое скрепление их негласного договора.