Его превосходительство

Григорий Рошаль - режиссер, который вряд ли имеет свой собственный почерк, но скорее показателен как фактор времени. Когда доминировала эстетика авангарда, он мыслил из этой парадигмы. Когда пришло время малокартинья, последовательно экранизировал жизни великих людей в стилистике статуарного позднесталинского соцреализма. Тут тебе и академик Павлов, и Мусоргский, и прочий Римский-Корсаков. Вот только в оттепель он как-то не оттаял, и снятая им чудовищная картина под названием 'Суд сумасшедших' в свое время обрела печальную славу в силу своей неадекватности, а ее название стало нарицательным.

'Его превосходительство' тоже не уникальный фильм. Сразу чувствуется зависимость от операторских трюков и монтажных чудес советского киноавангарда. Его старшие не по возрасту, а по таланту проторили дорогу, и так понимаемый киноязык стал мейнстримом, пока существовал 'великий немой'. Рошаль ничего не изобретает, а просто снимает весьма локальную историю как сюжет 'великого поворота'. Однако ему не удается изобразить еврейскую провинцию как знаменательный символ будущих изменений. Вообще, зона оседлости не раз привлекала внимание кинематографистов, но чаще всего на выходе мы можем наблюдать вполне пропагандистские фильмы. Именно так. Весь советский авангард 1920-х - это пропаганда, но лучшие его образцы все же искусство в первую очередь. Эйзенштейн, собственноручно раскрашивающий красное знамя в 'Броненосце...', совершает политический сюжет, но и порождает одну из самых знаковых и значительных историй во всей истории кино.

А вот своего красного знамени у Рошаля не нашлось. Несмотря на техническо-стилистический изыски, сюжетный план очевиден и идеологические вешки на своих местах. Кажется, дай режиссеру задачу снять то же, но поменяв художественный подход, он, не задумываясь, сделает именно это. Что, впрочем, дальше и происходило. Хотя Рошаль отметился и сценаристом превосходного 'Нового Гулливера', но ни одного знакового фильма так и не снял. Поэтому если вам интересен именно широкий контекст киноязыка 1920-х годов, отдать дань уважения 'Его превосходительству' можно. В любых других случаях мотивировать особо нечем.